Амфорные клейма округи Феодосии (работа над ошибками)
с. 368 В конце 2011 года вышла из печати обширная монография Гаврилова, посвящённая амфорным клеймам округи Феодосии 1 . Опубликовано более 1500 оттисков, обнаруженных на почти 50 поселениях Юго-Восточного Крыма. Практически это первая работа, охватывающая клеймёный материал одного из крупных северопричерноморских регионов. Несомненно, она могла стать знаковым событием в керамической эпиграфике Северного Причерноморья. Однако, к сожалению, судя по обширной рецензии Федосеева, опубликованной выше в данном сборнике 2 , это событие не состоялось.
В рецензии отмечается, что главным недостатком представленной монографии является отсутствие у автора профессиональных навыков работы с клеймами. Отсюда масса ошибок, допущенных на предварительной стадии их обработки: ошибки в локализации оттисков, в чтении и интерпретации надписей в повреждённых экземплярах, в их датировках. « В результате менее половины восстановлений (да и то с оговорками) можно считать достоверными » 3 . В итоге возникают сомнения в возможности использовать этот материал в качестве надёжной базы для выяснения хронологии памятников округи Феодосии и намеченного Гавриловым анализа распределения клейм во времени.
Показательно, что аналогичное впечатление о работе, проделанной Гавриловым, сложилось и у меня. В докладе на конференции « Боспорский феномен » мною рассмотрена предыстория появления монографии и сделана попытка разобраться в причинах, по которым работа автора по первичной обработке клеймёного материала оказалась малоэффективной. В заключении доклада отмечается, что с точки зрения методики анализа материала работа, проделанная Гавриловым, является вчерашним днём керамической эпиграфики, а по степени его предварительной обработки — позавчерашним 4 .
с. 369 Вместе с тем, у меня имеются разночтения с Федосеевым относительно дальнейшей судьбы опубликованных клейм. Федосеев полагает, что « керамические клейма округи Феодосии требуют новой публикации » . Конечно, это могло бы быть идеальным вариантом. Однако в этом случае полноценную публикацию мы вряд ли получим в обозримом будущем. Я не думаю, что найдётся специалист по керамической эпиграфике, который занялся бы этой трудоёмкой и неблагодарной работой, тем более что вряд ли удалось бы найти и издательство, которое выпустило бы в свет этот объёмный труд. Поэтому, как я полагаю, единственным рациональным вариантом, позволяющим ввести в научный оборот данную коллекцию клейм, является предварительное проведение работы по выявлению ошибок, допущенных Гавриловым. И возможности для проведения такой работы имеются.
Коллекция клейм, опубликованных Гавриловым, распадается на три большие группы. Около трети оттисков обнаружено самим автором на поселениях в ходе работы по сбору подъёмного материала и шурфовки на некоторых из них, стационарных раскопок поселения Новопокровка 1. Практически все эти клейма проиллюстрированы фотографиями. Качество их вполне приличное, что позволяет в большинстве случаев проверить, а при необходимости исправить предложенное автором чтение надписей в публикуемых оттисках.
Значительно хуже обстоит дело с клеймами, собранными Кальским в 70— гг. прошлого века на трёх поселениях: Новопокровке 1, Журавки 1 и Журавки 2. Они составляют около 40% всей совокупности опубликованных Гавриловым оттисков. Меньшая часть из них (около 50 экземпляров) осталась в личном распоряжении Кальского. Остальные клейма при содействии Махнёвой поступили в Феодосийский музей древностей. При передаче материала ею был составлен предварительный список клейм этой коллекции. Впервые они были опубликованы Гавриловым в соавторстве с Махнёвой за год до появления рецензируемой монографии 5 и практически без изменений включены в состав последней 6 .
Работа Гаврилова с « коллекцией Кальского » оставляет двойственное впечатление. С одной стороны, несомненно, его заслугой является обработка того клеймёного материала, который не поступил в Феодосийский музей. В Каталоге эти клейма проиллюстрированы протирками хорошего качества. С другой — сверка списка Махнёвой с клеймами, находящимися в самом музее, если и проводилась, то крайне небрежно. И это не голословное заявление. Дело в том, что мне приходилось обрабатывать клейма данной музейной с. 370 коллекции. В результате была составлена опись клейм, находящихся в фондах музея 7 . Сверка данных, содержащихся в описи, с теми, которые приведены в Каталоге Гаврилова, показала, что практически все клейма (более сотни экземпляров), у которых в Каталоге отсутствует указание на место хранения и которые не проиллюстрированы, находятся в Феодосийском музее и имеют соответствующие инвентарные номера (см. приложение 3). Кроме того, у трёх десятков оттисков паспортные данные, указанные в Каталоге, не совпадают с теми, которые стоят на клеймах (см. приложение 3). Помимо этого, 14 клейм в Каталоге сдублированы (см. приложение 2). Наконец, более 50 клейм « коллекции Кальского » , находящиеся в музее, вообще не включены в Каталог (см. приложение 4).
Ещё хуже обстоит дело с публикацией третьей группы клейм — коллекцией, собранной Кайдашем на 11 поселениях и насчитывающей более 370 экземпляров. Проиллюстрировано менее 60% из них. При этом если фотографии вполне пригодны для работы по сверке надписей и эмблем в клеймах, то этого не скажешь о протирках, большинство из которых столь низкого качества, что не содержат сколь-нибудь надёжной информации. Как указывает сам Гаврилов, клейма основной части коллекции, которые находятся в фондах Керченского историко-культурного заповедника, ему « не удалось сфотографировать » 8 . Здесь Гаврилов явно не договаривает. Судя по рецензии Федосеева, он вообще не проводил сверку керченского материала.
Таким образом, сверка представленного в монографии Гаврилова клеймёного материала вполне возможна. В приложении 1 представлены исправления чтения и интерпретации надписей более чем в 450 клеймах. Поправки разноплановые. У 13% оттисков (в основном гераклейских и синопских) либо исправлены, либо заново прочитаны имена фабрикантов. Это в большинстве случаев не повлияло на предложенную автором их датировку, чего нельзя сказать об остальных клеймах, представленных в приложении. Среди них присутствуют три оттиска, локализация которых проведена ошибочно: явно мендейское клеймо отнесено к продукции Фасоса (Журавки 2, № 90), херсонесское астиномное клеймо помещено в раздел синопских (Ближнее 3, № 52), наконец, херсонесское фабрикантское клеймо отправлено в раздел оттисков неопределённых центров (Донская, № 16). Также у 13% оттисков (главным образом, гераклейских) предложенное автором восстановление легенды более чем сомнительно. К сожалению, в связи с тем, что большинство из этих клейм не снабжено иллюстрациями, произвести правильное восстановление их легенды не представляется возможным.
Среди оставшихся оттисков почти у 100 экземпляров ошибочно восстановлены имена магистратов, в 35 случаях неправильно с. 371 определена принадлежность клейма (магистратские выданы за фабрикантские и наоборот), в 38 клеймах ошибочно определены омонимы. Как отмечает Гаврилов, « легенды части клейм вследствие их сохранности восстановить полностью не удалось » 9 . Однако автор явно поскромничал, ему следовало бы указать, что таких клейм насчитывается около 650 (более 40% всей коллекции). Между тем, у четверти этих оттисков (в 154 экземплярах) удалось надёжно восстановить надписи и, таким образом, их продатировать.
На этом работа над ошибками не может считаться законченной. Она должна быть продолжена Федосеевым. Судя по его рецензии, у него также имеется большое число замечаний по опубликованным Гавриловым клеймам.