Я хотел капитализировать страну, а не компанию

Автор тонкого и профессионального осмысления стенограмм – знаменитый юрист Михаил Барщевский: «Здесь и история вы­боров президента России 1996 года, и «алюминиевые войны», и история залого­вых аукционов, и борьба за власть самого конца 90-х. Сам я узнал много нового, хотя моя профессиональная деятельность в те годы подразуме­вала достаточно высокую степень осведомлённости. Одна­ко выяснилось, что это была иллюзия. Абсолютно безусловно эти страницы должен изучить любой юрист. Здесь и «учебник» всяких хитрых схем по строения бизнеса, оптимизации налогов, структурирова ния крупных компаний. Здесь и потрясающий по своей глубине и детализации анализ российского гражданского права. Ад- вокаты и судьи, думаю, могут просто считать эту книгу учебником профес- сионального мастерства и, обидно это говорить, образцом для подражания. (Я не про книгу – я про профессиональную работу судьи и адвокатов.)»

Мы продолжаем публиковать отрывок из книги, которая вышла в издательстве «Аргументы недели». Это сокращённая стенограмма заседания Лондонского суда, в котором Борис Абрамович Березовский пытался отсудить у Романа Аркадьевича Абрамовича совершенно космическую сумму. В выступлениях истца, ответчика, их адвокатов и многочисленных свидетелей, как в зеркале, отражается дух того времени, которое одни называют «лихими», а другие «святыми» девяностыми. Книга подготовлена известным адвокатом Михаилом Барщевским, который не без оснований уверен, что она должна лежать на столе каждого российского юриста и любого, кого интересуют истинные мотивы и движущие силы того, что происходило с нашей страной в то сложное время. Сегодня ещё одна короткая выдержка из допроса Бориса Березовского. Вопросы задаёт г-н Сампшн, адвокат Романа Абрамовича. Стенограмма драматического судебного процесса российских олигархов в лицах и допросах. Филигранная работа королевского судьи Элизабет Глостер Полное погружение в морально-деловой климат России конца 1990-х – начала 2000-х

– ОРТ. Как нам известно, это было акционерное общество, созданное в 1994 году, куда перешли активы «Останкино» – Российской государственной организации по теле- и радиовещанию. Я хочу задать вам ряд вопросов.

В параграфах 45 и 46 вашего свидетельского показания вы гово­рите нам, что «Останкино» было частично приватизировано, когда активы перешли в ОРТ, и что вы и ряд других российских бизнесме­нов приобрели все 49% акций, которые продавались государством.

– Да, это правильно.

- Это вы собрали консорциум российских бизнесменов, которые при­обрели 49% акций?

– Частичная приватизация телерадиовещательного бизнеса явилась результатом успешной кампании лоббирования именно вами?

– В ваших показаниях вы говорите, что вы лично встретились с президентом Ельциным, чтобы обсудить этот вопрос. «Мне удалось убедить господина Юмашева и генера­ла Коржакова и через них президента Ельцина, с которым я встре­чался лично, чтобы обсудить этот вопрос, что государство должно превратить «Останкино» в акционерное общество, оставив за собой 51% акций». Это правильно, да?

– Не правда ли, вот это как раз пример ваших возможностей? Благо­даря знакомству с Юмашевым, с генералом Коржаковым в данном случае, лично выйти на президента Ельцина и убедить его, что раз­умно было бы частично приватизировать «Останкино». Это как раз пример того, как вы использовали этих двух лиц, для того чтобы по­влиять на президента.

– Всегда ли было такое понимание между вами и президентом, что вы и ваши коллеги, партнёры будете управлять ОРТ? То есть договори­лись ли вы с президентом таким образом, что вам будет принадле­жать 49% плюс контроль управления?

– В общем и целом, да. Так подразумевалось, я представил причины – почему. Без контекста причин бесполезно обсуждать, что произо­шло. А контекст был очень простым. Во-первых, я хочу, чтобы вы чётко поняли, что это был не бизнес, это был не бизнес! Потому что ОРТ – центральный канал, Первый канал, он нёс убытки, только убытки, и задолженность более двухсот миллионов долларов.

Как я вам говорил, по-настоящему я задумался о ситуации, когда меня чуть не убили, что мы должны помочь президенту бороться с коммунистами. И я был разочарован тем, что многие были разочарованы реформами, кото­рые начал президент, многие обеднели. Так происходит после мно­гих революций, сначала люди страдают. И я прекрасно понимал, что это не бизнес, на него нужно тратить много денег. Но ОРТ поможет нам бороться с коммунистами во время предвыборной кампании в 1996 году.

– Вы считали, что ОРТ – это и бизнес, и источник политического вли­яния?

– Нет, я хочу подчеркнуть, что до 2000 года ОРТ не было хорошим биз­несом, совсем. Только приблизительно в 2000 году ОРТ стало при­носить прибыль. Опять же очень важно, чтобы вы поняли.

Я никогда не думаю о том, чтобы заработать миллионы или десятки миллионов, я думаю о том, чтобы заработать миллиарды. И я думал о том, чтобы капитализировать страну, а не компанию. Невозможно создать «Сибнефть» без стабильной политической си­туации. И идея была в том, что я был одним из первых, кто понял, что политическая стабильность повысит ценность компании. Вот почему я убедил президента через мои выходы, связь на них, при­нять решение приватизировать ОРТ.

– Господин Березовский, для вас в 1994 году ОРТ было не просто пер­вым выходом на массмедиа, на СМИ, но и хорошим бизнесом. Со­гласны ли вы с этим?

– Я не помню, чтобы мне принадлежали какие-то массмедиа или СМИ в 1994 году.

– Посмотрите на 47-й параграф: «Для меня ОРТ было не только пер­вым выходом на массмедиа и СМИ, но и хорошим бизнесом».

– Да, это правильное заявление.

– Справедливо ли тогда отметить, что, по вашим собственным по­казаниям, вы использовали ваше влияние на президента Ельцина и на его ближайших соратников, советников, чтобы проводить какие-то схемы, которые позволяли бы вам и вашим партнёрам де­лать хороший бизнес?

– Я писал эти свидетельские показания несколько месяцев назад, в мае. Безусловно, я считаю, что это хороший бизнес. И это стало хорошим бизнесом. Но я хочу подчеркнуть. Подчеркнуть, что это вообще был не бизнес.