Как мою подругу чуть не изнасиловали
Пикабу, большая просьба дать резонанс и помочь в поиске одного урода, который чуть не изнасиловал мою подругу.
Я свидетелем произошедшего не была, но рассказываю со слов другой моей подруги. Все имена заменены.
Мы летели рейсом Дубай - СПБ. Т.к. покупали билеты мы отдельно друг от друга, сесть рядом всей компанией не удалось. Поэтому я с ещё одной девушкой Настей и Димой сидели в середине самолёта, а Юля - в конце. Ближе к середине полёта я обнаружила, что Юля как-то уж слишком странно общается со своим соседом. Меня это немного смутило, т.к. Юля девушка замужняя, а расстояние между ней и её соседом уж слишком близкое. Пару раз специально проходя мимо, я увидела, что Юля крайне бледная. Вот тут я забила тревогу. Я обратилась к Насте, т.к. она знает её чуть лучше и знает, как Юля употребляет алкоголь и как при этом себя ведёт. В этот момент Юля начинает себя вести уже совсем неадекватно по отношению к соседу. Мы выяснили, что Юля выпила только 1 бокал вина, и он уж никак не мог на неё так повлиять. Этот мудак ей что-то подсыпал. Это довольно распространённая схема в барах. Молодые люди подсыпают какой-нибудь Рогипнол (его или аналоги можно купить в аптеке) в алкоголь девушке, девушка постепенно вырубается, а после того, как проснулась, практически ничего не помнит. В общем, мы начали давить на этого мужика. Он начал конечно же злиться и даже толкнул меня. Тут мы уже подключили Диму и стюартов. Стюарты думали, что они парень и девушка, поэтому ничего и не подозревали. И конечно же, никто бы ничего и не подумал, если бы этот козёл сказал, что его девушке плохо и её надо проводить в туалет. К моменту скандала Юля полностью отключилась. Стюарты сказали, что этот мужик ничего не смог бы пронести в аэропорт, т.к. все проходят строгую проверку безопасности в аэропорту (да лааадно, у меня вон полная аптечка с собой - кто будет проверять все лекарства?). Максимум, что они сделали, это отсадили этого мудака от Юли.
В итоге, по приземлению, мы дождались, пока все выйдут, и Юлю увезли на коляске (она всё ещё не приходила в сознание). Сейчас у неё высокая температура, ломит кости. Естественно, сдаёт все анализы. Практически ничего не помнит вплоть до того момента, как оказалась дома. Помнит, что парень вроде бы моряк и тоже много путешествует. Парень русский.
Нам удалось сфотографировать эту сволочь.
Предупредите своих близких, что на такое можно нарваться не только в барах, а в вроде бы самых неожиданных местах. Следите, что вы пьёте и с кем вы пьёте. Даже вот такая вот невинная беседа с попутчиком может плохо закончиться.
Господа детективы, есть ли возможность по фотографиям найти мерзавца? В аэропорту нам данные предоставить отказались конечно же.
Большая просьба поднять в горячее. Комментарии для минусов прилагаю.
изнасилование. в самолете. полудохлого тела. среди битком набитого людьми самолета. среди подозрительных к таким вещам стюардов. если совсем честно - я хуй знает зачем такое творить. и получится ли вообще. бред какой-то
Эм, ее чуть не изнасиловали. в самолете? Что?
Изнасилование в самолете бессознательного тела? Сдается мне, причина тут совсем другая. А вообще мне не понятно, что вы будете делать с ним, когда найдете? В полицию не обратились, предъявить сейчас вы уже ничего не сможете. Для чего поиск то?
В полицию вы, конечно же, не обратились?
хех, в самолете? в туалете? без сознания? или аффтор фантазер или чувак знатный мазохист ))
еще одной подсыпали?
В авиакомпании есть все данные на него. Если имела место быть попытка изнасилования-по запросу из полиции они будут обязаны предоставить их.
Зачем пить алкоголь в самолете с незнакомыми людьми? Даже "на донышке" нельзя.
Ничему не учатся некоторые. И учиться не хотят.
И почему замужняя летает в Дубай без мужа?
Вот так вот пасаны.. Предложил чувак вина, ее накрыло (хз, может там с психикой беда), решил помочь - а в итоге его обвиняют в изнасилование. Всё эти ебаные бабские ДОДУМЫВАНИЯ.
В полицию, конечно, обращаться не собираетесь?
@moderator, можно ли удалить пост? Парня нашли, заявление пишем. Дальнейшее обсуждение не имеет смысла.
Начинаю новую жизнь
Несколько дней без алкоголя,хотя до этого выпивал практически каждый день на протяжении 3 лет, алкогольный стаж 10-12 лет.
Нет быстрых удовольствий и теперь очень раздражителен, удачно что жена с ребёнком за границей и не видят меня в таком состоянии.
Зато "Красное & Белое" на каждом углу!
Как мы из Турции летели
Отправились мы как-то с Димой в командировку в Турцию. Пафосное начало, да? Я всегда эту историю рассказываю так, как будто весь мир повидал, по командировкам разъезжая. Но нет. Это был единственный раз, когда я отправился работать в другую страну.
Не буду вдаваться в подробности самой поездки, отмечу только, что мы там устали. Очень. Устали так, что ждали день, когда мы сможем оттуда свалить. У нас было два варианта: лететь напрямую в Иркутск или с пересадкой в Москве. Решив, что грех упускать возможность скататься в столицу, мы выбрали вариант номер два.
Прибыв в аэропорт и попрощавшись с человеком, который нас на эту работу вытянул, мы упали в кресла зала ожидания. Как я упоминал ранее, уехать мы хотели как можно раньше, поэтому в аэропорту мы оказались настолько заблаговременно, что можно было слетать туда, обратно, а потом еще и на свой рейс успеть. Куда же пойти двум усталым путникам в аэропорту? Все верно, в «дюти фри»! Мы долго думали, чем же нам смачивать раны двухнедельной ссылки к любителям Наташ. Виски – слишком крепко для такого случая, пиво – уже надоело. Выбор пал на самый "мужской" напиток – мартини. Если честно, я до конца так и не понял, почему из всех возможных вариантов мы выбрали именно его, да еще взяли две бутылки. Одну решили выпить в аэропорту, вторую Дима купил для рандеву следующего дня с одной мадам.
На удивление мартини оказался не таким мерзким, как я себе представлял, и очень быстро первая бутылка оказалась в мусорной корзине. «Что я, не могу позволить себе купить еще?», - справедливо заметил Дмитрий, и мы открыли вторую бутыль. Где-то на середине второй бутылки объявили посадку и мы, уже изрядно веселые, побрели к самолету. На полпути мы поравнялись с тучной радостной девушкой (пусть ее зовут Наташа, чтобы по канону все было). Пока шли до самолета успели с ней познакомиться и даже выпить. К несчастью для авиакомпании самолет был наполовину пуст, мы уселись вместе и продолжили пить. Есть в русском человеке зерно, которое прорастает, когда он подшофе. Хочется любить этот мир, разделять с ним все, что у него есть. Рвать последнюю рубаху на части, раздавая порванные рукава всем нуждающимся. И это выглядит так благородно. Но только когда ты пьян. В остальных случаях это выглядит отвратно, от благородства не остается и следа, а ты рваными рукавами смирительной рубашки обнимаешь воротящих от твоего перегара нос, волею судьбы оказавшихся рядом людей.
Первый раз в жизни я не хотел выходить из самолета. Дима несколько раз толкнул меня в бок, проговаривая, что мы давно прилетели и все кроме нас уже вышли из самолета. Первый раз в жизни на таможне меня спросили, как я себя чувствую. А чувствовал я себя Дионисом, младшим из олимпийцев, богом вина, сил природы и чартерного самолета. Но пока не наступило похмелье, и я не почувствовал себя чмом.
Я никогда не любил дебоширов в самолетах, поездах и автобусах. Сейчас же я думаю: «а может они тоже из тяжелой командировки?».
Девушка скончалась после группового изнасилования в Москве
В Москве после группового изнасилования скончалась девушка 36 лет, уроженка Киргизии. Об этом стало известно РЕН ТВ.
Трагедия произошла на Волгоградском проспекте столицы, в подъезде одного из домов. О том, что девушку изнасиловали шестеро мужчин, сотрудникам скорой помощи сообщили соседи. Они же предположили, что женщину еще и избили.
Пострадавшую привезли в больницу без сознания, в состоянии комы. Врачи поставили ей диагноз: тяжелое отравление этанолом. Кроме того, у девушки был сломан нос. На фоне прочего она была еще и пьяна. Пострадавшая скончалась в реанимации 28 февраля.
Двое подозреваемых в преступлении уже задержаны, это мужчины киргизской национальности. Оба сейчас живут в Москве у знакомых.
Коллега погибших на АЭС в Бангладеш россиян описал дикие условияРаботодателями строители были довольны, но вокруг творился ад
В Бангладеш в течение 11 дней, с 26 января по 6 февраля, один за другим, умерли пятеро россиян. Все они работали на строительстве атомной электростанции «Руппур» в районе города Ишварди. О том, в каких условиях жили строители, и чем можно объяснить череду смертей, нам рассказали те, кто сам недавно вернулся с этой стройки в Бангладеш.
Ранее один из коллег умерших сообщил, что возможной причиной гибели двоих россиян стала передозировка таблеток или отравление алкоголем.
Как выяснилось, 28 января в больницу рядом с городом Ишварди попал Алексей Барченко. Врачи помочь ему не смогли. 48-летний строитель скончался.
2 февраля во сне умер 40-летний Алексей Шакиров. Спустя три дня, в той же больнице около Ишварди умер 48-летний инженер-механик Павел Щукин. Тогда же, 5 февраля, около квартиры на 14-м этаже в одном из домов, где жили строители, коллеги обнаружили бездыханное тело 59-летнего Василия Толмасова.
На следующий день в одной из квартир в вахтовом городке был найден мертвым 45-летний Александр Воротников.
В полиции Ишварди обещают тщательно расследовать все случаи смерти. Проводятся вскрытия тел умерших, подключены лучшие судмедэксперты.
— Климат в Бангладеш вообще противопоказан тем, у кого есть проблемы с сердцем и сосудами, — говорит Андрей, который работал на строительстве станции в Бангладеш арматурщиком. — Там почти круглый год стоит жара и просто удушающая влажность. У меня лично было ощущение, что все мы там — амфибии. Только три недели в январе были более-менее прохладными, температура днем была около +25, ночью опускалась до +11. Это у них называется зимой. А с апреля и до самого сентября — вообще тоска, льют дожди.
Летом столбик термометра поднимается выше 40. Приходится несколько раз в день вставать под душ. Нас сразу предупредили — воду местную пить нельзя ни в коем случае, только бутилированную. Ей же чистили и зубы. Еще обычно с вечера кидали в морозилку несколько бутылок с водой. Потом их брали с собой на объект. Вода оттаивала, мы ее смешивали с водой из обычной бутылки. Кидали туда дольки лимона. Этим прохладным коктейлем и спасались.
Ребята, кто был занят на стройке, сразу сказали, что в местные больницы, лучше не попадать. Это верная смерть. Врачей там не хватает, как и хорошего оборудования. Я не имею ввиду хорошо оснащенные платные клиники, а именно муниципальные, бюджетные больницы. А вот таблетки и препараты всякие в аптеках можно было покупать смело. За подделку лекарств у них раньше вообще была смертная казнь, а теперь — баснословные штрафы.
В ближайший город лучше было не высовываться. Идти приходилось среди гор мусора, и рука сама тянулась, чтобы зажать нос. Кругом стоял запах канализации, к которому примешивались запахи специй. Я местную еду из-за этого потом вообще есть не мог. Мне казалось, что она отдает туалетом. Мои кожаные сандалии, оставленные на балконе, за месяц все покрылись плесенью. Футболка из-за высокой влажности расползалась буквально за три недели.
— Как обстояли дела с алкоголем?
— Со спиртным там вообще был напряг. Бангладеш — мусульманская страна. Алкоголь там вообще не приветствуется. Пару литров с собой еще можно было провести из России. Эти бутылки многие берегли к праздникам. А кто-то — для профилактики — выпивал в первые же недели. У местных можно было из-под полы купить пиво в банках по 0,33, но оно было очень дорогим.
Более крепкие напитки нам не рекомендовали покупать с рук, предупреждали, что все может закончиться летальным исходом. Но многие строители пили как в последний раз… Когда «трубы горели», скупали местную спиртосодержащую бурду. Бывало, травились, но до смертельного исхода не доходило.
Бывало, мы снаряжали гонцов в Дакку, где живет 18 миллионов человек. В магазине, в дипквартале, там можно было купить алкоголь. Но в столицу ездили очень редко. Нужно было преодолеть 160 километров. Но там жутко разбитые дороги и бесконечные пробки. Добираться приходилось и 6, и 8 часов.
Страна бесконечно перенаселена. На одном квадратном километре там проживает 1120 человек. Люди в основном живут очень бедно. Некоторые спят на улице. Если белый человек заходил в местную лавку, цены на все сразу взлетали вдвое, а то и втрое. Но если торговаться, можно было купить товар за те же деньги, что продавали местным. Мы все оттуда везли фирменные джинсы, рубашки. На местных фабриках отшиваются многие известные бренды. Какая-то часть попадает на рынок. Наверное, их выносят втихаря работники, а продавцы продают из-под полы.
— График работы выдерживался?
— Работа была напряженной. Пахали шесть дней в неделю — с воскресенья по пятницу, суббота — выходной. В жару обед длился два часа. Все сами были заинтересованы в переработке. Приезжают же в Бангладеш в основном за «длинным рублем». Получали по 130-200 тысяч рублей, в зависимости от квалификации. Но и пахали до одури. Выезжали порой на объект в 7 утра и возвращались в девятом часу вечера.
— В каких условиях жили?
— Кого-то заселяли в Ишварди, мы жили в «Грин Сити», в специально построенном для вахтовиков городке, где стояли высотки. Всех расселяли в трехкомнатные квартиры с общей кухней. В комнате жили по одному. Питались и в столовой, и сами готовили. Нам платили компенсацию за еду в размере 15 тысяч рублей. Что был хорошо — так это дешевые фрукты. Мы от пуза ели ананасы, арбузы. А вообще каждый старался привести с собой из России, помимо водки, гречку, колбасу, хлеб черный. Вот этого очень не хватало.
Нам удалось связаться с еще одним строителем. Игорь, который работал монтажником на строительстве АЭС в Бангладеш, рассказал, что на площадке работает куча субподрядных организаций. Каждый нанимает себе рабочих. Люди едут со всей России, а также из СНГ.
— Перед поездкой надо было сделать прививки от гепатита, брюшного тифа, столбняка, — рассказывает Игорь. — «Руппур», кстати, в переводе с бенгальского означает «красивое место». Атомная станция строится на восточном берегу реки Ганг в округе Пабна, река две тысячи километров течет через Индию, а потом триста километров — через Бангладеш. Представляете, какая там вода? Мы к ней и близко не подходили. Сам проект АЭС, конечно, грандиозный. Электричества в беднейшей стране не хватает. Есть деревни, где его вообще нет. Станцию в стране очень ждут. Предполагается, что первый блок начнет работу в 2023 году, а второй – в 2024-м. Ядерное топливо еще не завозили. Так что от утечки радиации никто погибнуть не мог. Почва в районе станции болотистая, все здания приходится возводить на свайном фундаменте. У нас подобный проект успешно реализован на Нововоронежской АЭС-2.
— Сколько работало на стройке россиян и бенгальцев?
— Только российских специалистов — около 3,5 тысячи, бенгальцев — чуть больше 20 тысяч. Для местных был организован специальный учебный центр.
Работать с ними, конечно, не просто. Бывало, все объяснишь, растолкуешь через переводчика, они кивают, говорят: «Ок, босс». А потом слышишь: «Проблема, босс». Но среди них были и толковые ребята, кто быстро осваивали разговорный русский языки, читал чертежи. Попасть на строительство АЭС у бенгальцев было очень престижно. Говорят, что на первоначальном этапе строительства они все приезжали на работу на обшарпанных, ржавых велосипедах. Когда я работал в Бангладеш, вся площадка около станции была заставлена уже мотороллерами.
Как говорит монтажник, у них была шестидневная рабочая неделя, пахать приходилось по 10 часов в день. Но все знали, ради чего вкалывают.
— У бенгальцев вообще до недавних пор не считалось зазорным закинуться наркотической смесью, чтобы повысить работоспособность. В последние годы, правда, с этим начали бороться. По сообщению местной полиции, один из умерших россиян употреблял наркотические вещества. И это, честно говоря, похоже на правду. На строительство АЭС кто только ни приезжает. Условия там тяжелые.
Нам, например, постоянно приходилось мыть руки с мылом, мы везде ходили с антибактериальными салфетками. Из тапок постоянно вытряхивали насекомых, по объекту, бывало, бегали обезьяны, из-под ног выползали змеи. Совсем рядом выли шакалы. Но больше всего доставала изнуряющая жара.
Игорь говорит, что ему только что удалось связаться с ребятами, которые сейчас работают на строительстве станции в Бангладеш. Про двух умерших говорят, что они были «не дураки» выпить, один из них умер, свалившись с лестницы. Еще двое покупали у местных «дурь». А у пожилого строителя на самом деле были проблемы с сердцем.
Посольство России в Дакке занимается сейчас оформлением необходимых документов для отправки тел россиян на родину
Население — 171,7 млн человек (2021) территория — 148 460 км². Самая густонаселённая страна мира (без учёта карликовых стран) — 1120 человек на 1 км².
Финансовый аспект
Удрали
Наркокартели используют бизнес-джеты вроде этого Гольфстрима на видео для перевозки наркотиков. В этот раз пилоты нарко-самолёта смогли ускользнуть от, похоже, полицейского вертолёта.
Стивен Кинг о своем алкоголизме
"Алкоголики выстраивают защиту, как голландцы - плотины. Первые двенадцать лет своей семейной жизни я себя уверял, что “просто люблю выпить”. Еще я использовал всемирно известную “Защиту Хемингуэя”. Хотя вслух это никогда не произносилось (как-то это не по-мужски), защита эта состоит в следующем: я - писатель, а потому человек очень чувствительный, но я - мужчина, а настоящий мужчина своей чувствительности воли не дает. Только слабаки так делают. Поэтому я пью. А как еще мне пережить экзистенциальный ужас и продолжать работать? А кроме того, я себя контролирую. Как настоящий мужчина.
Потом в начале восьмидесятых в штате Мэн приняли закон об утилизации бутылок и банок. Теперь шестнадцатиунциевые банки “Миллер лайт” у меня летят не в мусорку, а в пластиковый контейнер в гараже. Как-то в четверг я вышел бросить туда еще парочку погибших бойцов и заметил, что контейнер, в понедельник еще пустой, уже почти полон. А поскольку “Миллер лайт” в доме пью только я.
"Трам-тарарам, я же алкоголик!” - подумал я, и контрмнения у меня в голове не возникло - в конце концов я же тот самый, который написал “Сияние”, даже не понимая, что пишет о себе самом. Реакцией моей на эту мысль было не опровержение, не сомнение - это было то, что я назвал бы перепуганной уверенностью. “Значит, надо поосторожнее, - ясно помню я, как думал дальше. - Потому что если ты влипнешь. "
Если я влипну, переверну машину на проселке или ляпну чего-нибудь в интервью в прямом эфире, мне кто-нибудь обязательно скажет, что надо бы мне пить поменьше; а сказать алкоголику, чтобы он пил поменьше, - это как сказать человеку, сожравшему мировой стратегический запас касторки, чтобы он срал поменьше. Один мой друг, который через это прошел, рассказывал забавную историю о своих первых робких усилиях уцепиться за все быстрее ускользающую жизнь. Он пошел к психологу и сказал, что жена волнуется, потому что он слишком много пьет.
- А сколько вы пьете? - спросил психолог. Мой друг поднял на него недоуменные глаза.
- Сколько есть, столько и пью, - ответил он, поскольку это было очевидно.
Я его понимаю. Уже почти двенадцать лет, как я последний раз выпил, и все равно я не могу поверить своим глазам, когда вижу в ресторане кого-нибудь с недопитым бокалом. Меня тянет подойти и заорать: “Допивай! Какого черта не допиваешь?” - прямо в лицо такому человеку. Рассуждения насчет того, что пьем для компании, я считаю смехотворными. Не хочешь напиваться - пей кока-колу.
В последние пять лет, когда я пил, вечера у меня заканчивались одинаково: я все оставшееся в холодильнике пиво выливал в раковину. Иначе эти банки звали меня, пока я не вылезал из кровати и не выпивал еще одну. И еще одну. И еще одну.
К восемьдесят пятому году я к своим алкогольным проблемам добавил наркоманию, но продолжал функционировать, как и многие, кто колется и нюхает, на самом краю профессионализма. Перестать мне было бы страшно - я уже не представлял себе другой жизни. Принимаемые наркотики я прятал как только мог - и от страха (что со мной будет без допинга? Я уже забыл, каково это - быть чистым), и от стыда. Я снова вытирал задницу ядовитым плющом, только теперь ежедневно, а на помощь позвать не мог. У нас в семье так не делается. У нас в семье продолжаешь курить сигареты, танцуешь посреди разлитого желе и свои проблемы решаешь сам.
Но та часть моего существа, которая пишет, глубинная часть, которая знала, что я алкоголик, еще в семьдесят пятом, когда писалось “Сияние”, этого не принимала. Молчание - это не для нее. И я начал вопить о помощи единственным способом, который был мне доступен, - своей прозой и своими чудовищами. В конце восемьдесят пятого я написал “Мизери” (заглавие точно отражает состояние моего сознания!), в которой писателя держит в плену и пытает сумасшедшая медсестра, Весной и летом восемьдесят шестого я написал "Томминокеров”, часто работая до полуночи, а сердце “стучало сто тридцать раз в минуту, а ноздри заткнуты ватой, чтобы остановить кокаиновое кровотечение.
"Томминокеры” - научно-фантастическая сказка в стиле сороковых годов, где героиня-писательница обнаруживает инопланетный корабль, погрузившийся в землю. Экипаж на борту не мертвый, а в анабиозе. Эти инопланетные создания залезают тебе в голову и начинают. ну, в общем, шевелиться. Ты обретаешь невиданную энергию и сверхъестественный интеллект (писательница эта, Бобби Андерсон, создает в числе прочего телепатическую пишущую машинку и атомный водонагреватель). А взамен ты отдаешь душу. Это была самая лучшая метафора для алкоголя и наркотиков, которую мог найти мой усталый и перенапряженный мозг.
Но прошло немного времени, и убедившись наконец, что я не собираюсь выходить из этого штопора сам по себе, на сцену вышла моя жена. Это было нелегко - я ушел так далеко, что до меня было почти что не докричаться, - но она это сделала. Она организовала группу вторжения из членов семьи и друзей, и относиться ко мне стали по принципу “Ты сам себе устроил ад”. Табби начала с выбрасывания из моего кабинета мусора мешками: банок из-под пива, окурков, кокаина в граммовых флакончиках и кокаина в бумажных пакетиках, кокаиновых ложечек, перемазанных соплями и кровью, “валиума”, “ксанакса”, флаконов сиропа от кашля и таблеток, даже флаконов зубного эликсира. Где-то за год до того, видя, как быстро исчезают из ванной флаконы “листерина”, Табби спросила, уж не пью ли я эту дрянь. Я с благородным негодованием ответил, что даже и не думаю. Так оно и было. Я пил “скоуп”. Он вкуснее, тем более с привкусом мяты.
Вторжение это, которое было так же неприятно для моей жены, детей и друзей, как и для меня, вызвано было тем, что я подыхал у них на глазах. Табби сказала, что у меня есть выбор: могу принять помощь и ожить, а могу выметаться из, дому ко всем чертям. Она сказала, что она и дети меня любят и что по этой самой причине не хотят быть свидетелями моего самоубийства.
Я стал торговаться, потому что так всегда поступают наркоманы. Я был обаятелен, потому что они обаятельны. В конце концов мне были даны две недели на размышление. Вспоминая это теперь, я понимаю все безумие этого решения. Стоит человек на крыше горящего здания. Подлетав вертолет, зависает над ним, бросает лестницу. “Лезь!” - кричит человек, свесившись из дверцы. Хмырь на крыше горящего дома отвечает: “Дайте мне две недели подумать”.
Но я действительно думал - насколько мог в своем тухлом виде, - и что действительно заставило меня решиться, так это была Энни Уилкс, психованная сестра из “Мизери”. Энни - кокаин, Энни - алкоголь, и я решил, что хватит с меня быть ее ручным писателем. Я боялся, что не смогу работать, если брошу пить и нюхать, но решил (опять-таки насколько это было мне доступно в том растерзанном и угнетенном состоянии духа), что пожертвую писательством ради того, чтобы остаться с моей женой, чтобы видеть, как растут мои дети. Если до этого дойдет.
Конечно, до этого не дошло. Мысль, что творчество и дрянь, меняющая сознание, ходят парами, - это один из величайших мифов поп-интеллигенции нашего времени. Четыре писателя двадцатого столетия, на чьей ответственности это по большей части лежит, - Хемингуэи, Фицджеральд, Шервуд Андерсон и поэт Дилан Томас. Это они создали наше представление об экзистенциальной англоязычной пустыне, где люди отрезаны друг от друга и живут в атмосфере эмоционального удушья и отчаяния Эта концепция хорошо знакома почти всем алкоголикам, обычная же реакция на нее - приятное удивление. Наркоманы-писатели - обычные (наркоманы Такие же, как наркоманы-землекопы. “Все заверения, что наркотики и алкоголь необходимы для притупления болезненной чувствительности, - чушь и самообман. Я слышал, как пьющие водители снегоочистителей говорили, что пьют, чтобы укротить демонов. Без разницы, кто ты - Джеймс Джонс, Джон Чивер или простой алкаш, закемаривший под стенкой автовокзала: для наркомана право пить или нюхать должно быть сохранено любой ценой. Хемингуай и Фицджеральд не потому пили, что были творческими натурами, одинокими или слабыми духом. Для творческих людей, быть может, действительно больше риск алкоголизма, чем в других профессиях - ну и что? Все блюющие в сточной канаве похожи друг на друга.
К концу своих приключений я уже пил по упаковке шестнадцатиунциевых банок за вечер, и есть у меня один роман. “Куджо”, который я еле помню, как писал. Это я говорю не с гордостью и не со стыдом, а только с неясным чувством грусти и потери Книга эта мне нравится. И мне жаль, что я не, помню, как радовался, когда заносил на бумагу удачные места.
А в худшие моменты я уже не хотел пить, но и трезвым быть тоже не хотел. Я был извлечен из жизни В начале пути обратно я просто старался поверить людям, которые говорили, что жизнь изменится к лучшему, если я дам ей время. И я не переставал писать. Многое получалось слабо и плоско, но все же я писал. Эти несчастные страницы я совал в нижний ящик стола и начинал что-нибудь новое. Мало-помалу я снова поймал ритм, а потом вернулась и радость работы С благодарностью я вернулся к своей семье, к своей работе, с облегчением. Я вернулся, мак возвращается человек в летний, дом после долгой зимы, прежде всего проверяя, что ничего не сломано и не украдено за время холода. Так и, было Мы все были вместе, были одним, целым. Как только оттают трубы и включится свет, все заработает Так и стало"