Принцип чтения.Дина Годер: «Книг о театре сегодня выходит немало»

У театроведа, программного директора Большого Фестиваля Мультфильмов мы узнали, на какие книги о театре и анимации стоит обратить внимание, а также выяснили, читают ли критики перед спектаклями тексты, которые лежат в основе постановки.

— Среди моих любимых детских книжек — книги с иллюстрациями Владимира Конашевича. Помню, у меня были засмотренные до дыр детские английские стихи с его картинками и много других. До сих пор его рисунки очень люблю. Он знаменитый художник, его уже нет в живых, но я регулярно покупаю для подарков его репринтные переиздания.

Я всегда обращала на оформление книг внимание: лучше, чтобы совсем не было картинок, чем безвкусный дизайн. Это я плохо переношу.

Если говорить о взрослых книжках, то они обычно бывают без рисунков, поэтому на другое смотришь. Для меня страшно важен макет, шрифт, обложка.

Сегодня есть замечательные книжные дизайнеры. Андрей Бондаренко, я думаю, один из лучших в Москве, в частности, он оформляет все книги издательства «Корпус». Знаменит и как дизайнер театральных плакатов.

Иллюстрацией часто занимаются и художники анимации. Например, моя подруга, прекрасный Светлана Филиппова, прекрасно оформляла и Андрея Платонова, и детские книжки, и Евангелие со своими рисунками мне подарила. Это удивительное издание, очень редкое, номерное. У Светланы очень теплая графика, часто сделанная в грубоватой манере, без мелких деталей, немного наивной. Я очень люблю те, что сделаны в «сыпучей» технике, в которой она снимала и мультфильмы, и те, которые нарисованы углем. Помню, ехала в метро домой с подаренным Евангелием, стала читать и не могла оторваться. Мне казалось, я читаю новую потрясающую книгу, это Евангелие становилось личным переживанием еще и потому, что было с такими замечательными картинками.

Раздражает меня в оформлении книг дурной вкус. Это нельзя объяснить словами… Недавно мне хотелось для ребенка своего русского друга, живущего за границей, купить все книжки о Незнайке. Мы всегда любим те картинки, что были в наших книжках в детстве. Знала, что они переиздавались. Но я их не смогла найти и для меня купили книгу с таким ужасным, безвкусным дизайном — и иллюстраций и всего оформления от цветов до шрифтов — что я поняла, что не смогу ее подарить. Хотя она дорого издана, у нее толстая обложка, качественная бумага, крупный шрифт. Но аляповатая, и у ребенка потом такой образ останется в голове, он будет так воспринимать Незнайку. Нет, это невозможно.

Больше у меня нет особых пожеланий к оформлению. Лишь бы со вкусом. Правда, не люблю, когда шрифт мелкий, мне кажется, это неуважение к читателю.

Конечно, я читаю и электронные книги. Их я не связываю с оформлением. Они у меня чаще всего от друзей из издательств, но и из интернета скачиваю. Я прошу, чтобы они мне их присылали в формате doc или txt. FB2 тоже удобный формат. А в электронной книге неудобно читать.

Сейчас все время себя держишь за руки и думаешь: «Не буду больше покупать книг, это невозможно, куда их ставить?!». Так что без электронной книги нельзя. Вожу ее с собой. На фестивали непременно беру. Например, бывает, что показывают спектакль на иностранном языке, а ты пьесу не читал. Тогда ее, если она переведена на русский, лучше быстро прочесть, чтобы понимать, о чем в спектакле речь идет. С экрана компьютера читать неудобно, его не будешь таскать с собой. Быстро заливаешь пьесу в электронную книгу и за обедом или в другой свободный миг читаешь.

Надо ли театральному критику читать перед просмотром произведение, по которому поставлен спектакль? Смотря о чем речь. Если в основе спектакля интерпретация неизвестной прозы, то хотелось бы понимать, о чем она. Тогда уже сразу будет понятен поворот, что именно выбрано из произведения, как сделана инсценировка. Лучше прочитать книгу, когда есть возможность, я стараюсь это сделать. Но если речь идет о современной драматургии, иногда увлекательнее ничего о тексте до спектакля не знать. Новые пьесы режиссеры не слишком перелопачивают. Понятно, что если ставят, например, «Гамлета» и он интерпретируется нетрадиционным способом, то у людей в голове уже идет игра между увиденным и привычным представлением о пьесе. В итоге получается более сложный образ. Если Кабаниху в «Грозе» Островского вдруг будут играть не как мрачную и грубую старуху, а как молодую сексапильную женщину, то зрители поймут, в чем юмор или специфика решения. Когда речь идет о современной пьесе, то подобные вещи бессмысленны. Люди ее не знают. И редко те, кто ставит новые пьесы первыми, сильно перерабатывают текст. В этой ситуации я, как всякий нормальный человек, хочу не знать, чем история закончится. Хочу волноваться: получится — не получится, убьет — не убьет… Не всегда читаю современные пьесы перед просмотром спектакля.

В самолетах я обычно использую редкую возможность почитать газеты, беру все, что дают, «КоммерсантЪ», «Ведомости» и другое. Читаю о культурных событиях. В толстых журналах бывают хорошие интервью. Иногда фильмы смотрю. Еще я слышала, что Аэрофлот недавно обещал показывать пассажирам трансляции лекций «Арзамаса». Сама еще не пробовала смотреть, но было бы интересно.

Книги я во время полета редко читаю. За них обычно берусь дома или в городском транспорте.

Бывает, толстую книжку начинаешь читать. Ее все читали, надо соответствовать… К середине книжки устаешь, понимаешь, это не моя книга. В момент я для себя решила: есть книги «мои» и не «мои». И я не обязана тратить кучу времени на чтение, если уже поняла, что это не «мое».

А есть книги, которые хочется перечитывать и перечитывать. С классикой такое бывает чаще всего. Пару лет назад такой стал для меня «Стоунер» Джона Уильямса. Тогда это была очень модная книжка. У нее удивительная судьба, она была написана очень давно, и прошла никем не замеченной. Несколько лет назад Анна Гавальда перевела ее на французский и выпустила со слоганом «Стоунер — это я!». И был просто взрыв популярности, все ее читали просто все. Хотя это маленькая книжка о печальной судьбе человека. Причем филолога, ученого, а про них так редко пишут.

Книжек о театре, как ни странно, сегодня выходит немало. Появляются серьезные исследования, публикуются замечательные сборники исторических материалов. Например, альманах «Мнемозина». Он не только для тех, кто любит театр, но и для тех, кто любит историю, . Выпускаются интересные архивные материалы. Дневники известных театральных деятелей. Про Мейерхольда продолжают выходить исследования.

Появляются переводные книги, которые в театральной среде давно стали хитами. Вышел сборник статей очень известного режиссера и композитора Хайнера Геббельса «Эстетика отсутствия», он ставил недавно спектакль в электротеатре «Станиславский». Его тексты написаны ясно, это не очень сложная для восприятия книжка. Как я поняла, они частично основаны на том материале, который он читал студентам. Прекрасное, интересное чтение для людей, которые занимаются театром.

Сейчас самый популярный вариант театральной книги — это сборник статей. И поскольку хорошие критики у нас есть, то такие сборники много говорят не только о театре, но и о времени. Недавно, например, вышел такой сборник Наталии Каминской, московского критика. Была книжка Марины Зайонц, есть и другие, дающие представление о том, как русский театр развивался, начиная с годов.

Долгое время важной для понимания театрального процесса книжкой была «Конец театральной эпохи» Марины Давыдовой. Она уже давно вышла, но в ее основе тоже лежали критические публикации. Сегодня критики куда глубже исследуют современный театральный процесс, чем театроведы. Не так давно издана книжка колонок Алексея Бартошевича «Театральные хроники конца ХХ — начала ХХI века». Он замечательный шекспировед и критик, читать его одно удовольствие. А после этого еще и «шекспировская» книжка «Для кого написан „Гамлет“: Шекспир в театре. XIX, XX, XXI…».

Только что была презентация новой книги, вышедшей в театральной серии издательства НЛО. Это работа моего учителя, нашего лучшего исследователя МХАТа (да и вообще лучшего историка театра) Инны Натановны Соловьевой «ПЕРВАЯ студия. ВТОРОЙ мхат: Из практики театральных идей XX века». Это важная история, именно во Втором МХАТе работал гений Михаил Чехов. В книге рассказывается про этот сложно существовавший театр, который закрыли в советское время.

В той же серии вышла интересная книжка Наташи Якубовой «Театр эпохи перемен в Польше, Венгрии и России. 1990- годы» , в этих странах идут близкие процессы. А автор книги — человек, который понимает языки, жил в этих странах.

Для театральных людей значимая книжка, которая уже давно написана, но только три года назад переведена у нас, это «Постдраматический театр» Лемана. Не все ее читали, но все обсуждают. Она дает поводы для споров. Так что сегодня книжек о театре выходит достаточно.

Единственное огорчение — тиражи у них совсем маленькие, хотя, вероятно, и круг людей, кому они интересны, невелик. Но даже не все библиотеки и театры могут их купить. Например, у шекспировской книги Бартошевича тираж всего 300 экземпляров. Раздашь своим друзьям, и все на этом закончится…

Я написала «Художники, визионеры, циркачи. Очерки визуального театра» потому, что мне был интересен предмет. Оказалось, он привлекает и многих других людей, а книг на эту тему до того не было. Теперь с изумлением обнаружила, что некоторые режиссеры моей книжкой пользуются как учебником, ее «держат под подушкой», в нее заглядывают для дела. Там много примеров, к ней даже прилагается диск, я специально договаривалась об этом с издательством, поскольку визуальный театр нельзя изучать только по картинкам, надо еще смотреть записи. , у нас получился прекрасный диск, его немедленно украли пираты и он безо всякого упоминания о книге появился на торрентах. Значит он оказался нужным, и я очень этим довольна. Меня до сих пор приглашают читать лекции по визуальному театру для актеров, режиссеров, театроведов, художников.

Читают книжку и люди, которые не связаны с театром, но любят его. Я привожу много примеров, подробно все описываю. Так что иногда и сама, когда надо вспомнить спектакль, увиденный давно, а детали уже забылись, заглядываю в текст.

С книгами об анимации у нас беда. В советское время их выходило немного, но сегодня те издания уже выглядя устаревшими. Из того, чем можно пользоваться и сегодня, есть содержательный двухтомник Федора Хитрука «Профессия — аниматор». Издают профессиональные книги, например, посвященные таймингу, движению, практически полезные разборы для специалистов, а для любителей анимации книг немного. Разве что в формате альбомов с картинками и минимумом информации. Единственная книга, о которой я могу всерьез говорить — это огромный том Ларисы Малюковой «Сверх/кино» (Современная российская анимация. Девяностые / нулевые), в нем речь идет уже о постсоветском времени. Она вышла пару лет назад, очень красиво оформлена, там огромное количество кадров. Есть в книге рассказ о режиссерах, о студиях.

Надо сказать, что с книгами по анимации везде проблемы, не только в России. Самый популярный жанр — энциклопедия анимации: красивые картинки и небольшой текст, маленькие интервью. Их приятно листать и таких книг много. Или альбомы о студиях или фильмах.

Некоторое время назад вышло отличное исследование мировой анимации — Animation. A World History. Его издал известный итальянский ученый Джаннальберто Бендацци. Он 20 лет назад издал энциклопедию анимации, которая была в каждой киношколе мира, где есть анимационный факультет, а за последние 7 лет собрал по всем странам статьи специалистов и издал обновленную версию уже на английском — причем в трех томах. Я еще книгу в руках не держала, хотя писала туда, как и все специалисты из тех стран, где есть анимация. Это полноценное исследование.

Очень немного сегодня анимационной прессы, почти нет посвященной этому направлению журналов. Да, с японскими мультфильмами немало связано, с компьютерными играми, но серьезных изданий нет. Есть сайты, куда выкладывают материалы, интервью, новости. Туда пишут колонки немногочисленные специалисты.

Сложно выбрать несколько важных для меня книг. В школе обычно обсуждают, кто больше нравится: Толстой или Достоевский. У меня, безусловно, был Достоевский, он на меня очень повлиял. Есть нешкольная литература, например, Платонов. Он гений, получаешь наслаждение от его языка. Это страшно и восхитительно, это то, что переворачивает.

Еще есть стихи. Для меня большое значение имеет новая поэзия, концептуализм. Я очень люблю стихи и тексты Льва Рубинштейна, думаю о них, взаимодействую с ними.

Не могу сказать, что я все время нахожусь в процессе чтения новых книг. Иногда мне советуют, и я читаю с огромным интересом. Понятно, что Сорокин так отражает нашу жизнь в своих книгах, что я стараюсь их не пропускать. Но у меня нет задачи, как у книжных критиков, прочесть новое произведение первой. Часто бывает, что все про книгу поговорили, обсудили ее, и только через года я ее прочту. Иногда старые книжки читаю.

Сейчас у меня на тумбочке лежит толстая книжка, которую я давно хочу прочесть, мне ее подарили в сентябре на день рождения. До сих пор не нашла времени, но постоянно предвкушаю, как буду ее читать. Возьмусь за нее летом, когда наконец прекратятся постоянные поездки. Это книжка про годы, «Зубы дракона» Майи Туровской. Я очень люблю Туровскую, и мне много про эту книжку рассказывали прекрасного. Думаю, как же это будет хорошо, когда я стану ее читать… Иногда бывает, что пока ждешь, когда примешься за книгу, интерес угасает, а порой, наоборот, разжигается. Чтение книги Туровской я очень жду. Уверена, это то, что мне нужно.