Планета по имени Нора Галь. О книге "Слово живое и мертвое" Норы Галь
«В реляциях твоих употребляешь ты зело много польские и другие иностранные слова и термины, за которыми самого дела выразуметь невозможно; того ради тебе реляции свои к нам писать все российским языком, не употребляя слов и терминов». Петр Первый – своему послу.
Нора Галь - человек-легенда в среде советских переводчиков. Она познакомила российских читателей с «Маленьким Принцем» Сент-Экзюпери, переводила рассказы и повести Рея Бредбери, Сомерсета Моэма, Герберта Уэллса, Роберта Шекли, Айзека Азимова. Нора Галь известна не только своими великолепными переводами. Особое место в ее жизни занимало изучение родного языка: «Переводчику важно владеть в совершенстве своим языком, - пожалуй, важнее, чем языком, с которого он переводит… Сказанное на чужом языке надо понять и прочувствовать, а на своем – еще и выразить, творчески воплотить, что подчас несравнимо труднее».
Переводчица была фанатично предана русскому языку, рассматривала его не как простое «средство общения», а как культурный феномен, удерживающий людей от «упрощения», дающий стимул для интеллектуального роста. «Слово живое и мертвое» - книга о русском языке, о его возможностях, которые мы часто теряем в повседневности общения, чтения и письма «на бегу». Книга для тех, кто любит русский язык, много пишет и стремится использовать этот сильный инструмент легко и правильно.
Среди распространенных ошибок использования языка Нора Галь выделяет «канцелярский стиль» изложения или «канцелярит», по Корнею Чуковскому. Почему люди используют сложный, «дубовый» стиль формального общения? Одна из основных причин – осознанное или неосознанное желание «усилить» мысль тяжелыми формулировками, спрятать за витиеватыми фразами убогость идеи или «непопулярность» сообщения. Однако, кажущаяся солидность изложения мстит автору с неожиданной стороны. Читатель вязнет в тяжелом тексте, силясь найти и разгадать заложенную мысль, теряет интерес и. бросает читать. Рецепт от Норы Галь – хорошие мысли и идеи переносите на бумагу легким, доступным языком. Если вы сваливаетесь в «канцелярит», идею стоит пересмотреть, вероятно, она «недодумана» и требует дополнительной проработки.
Вытеснение глагола «отглагольными» существительными, замена активных оборотов пассивными, обильное присутствие в тексте причастных и деепричастных оборотов, существительных в косвенных падежах - «технические» признаки «канцелярита». Текст с таким букетом особенностей становится путаным, невразумительным, тяжелым для чтения. Еще один яркий признак канцелярского стиля - частое использование заимствованных слов. Нора Галь не рекомендует использовать иностранные слова «там, где их вполне можно заменить русскими». Без части таких слов невозможно обойтись, мир многообразен и слишком многое приходит к нам, не имея однозначной трактовки в русском языке. И все же, заменяя однозначно подходящие русские слова иностранными аналогами, мы размываем и упрощаем язык, даем себе очередную поблажку, сравнимую с выбором альтернативы чтения книги – «просто посмотреть телевизор».
Из серии "Нора Галь не одобрила бы» - попытки «утяжелить» тривиальные мысли с помощью профессиональных терминов. Помню доклад на конференции для финансистов, где выступающий буквально сыпал профессиональным сленгом, превращая презентацию в «вводный курс английского для инвестиционных менеджеров». Речь шла о привлечении компаниями иностранного финансирования, привожу фразу почти дословно: «В рамках сделок слияния и поглощения – Merging and Acquisitions – необходимо учитывать взаимоотношения с инвесторами - Shareholder Relations и необходимость презентаций компании перед заинтересованными лицами – Road Show. Ну, и, конечно, Due Diligence от Big 4». Слушатели к середине доклада интеллигентно улыбались, к завершению – уже смеялись «в голос».
Неаккуратное использование идиоматических выражений опасно попаданием в смешные положения. Неловкое сочетание слов "не к месту" рождает «лжеидеому», которая вносит в текст побочные оттенки. Нора Галь вспоминает стенгазету в одной из столичных больниц, которая называлась «Клиническая жизнь». Название в сочетании с местоположением газеты прочно ассоциировалось у читателей с устойчивым выражением – «Клиническая смерть».
Неловкие сочетания слов, или устойчивые выражения «не на своем месте», часто превращают серьезные произведения в заметки для «Колонки юмора». Чего стоят фразы:
«В палисадниках слонялись озабоченные собаки»,
«Покосился на него, не отводя глаз»,
«Громко вскрикнула она, онемев от страха»,
«Девушка бросилась в сторону, как испуганный конь»
Хочется сказать словами Базарова из Тургеневских «Отцов и Детей»: «О друг мой Аркадий, не говори красиво».
«Слово живое и мертвое» - написана с любовью к русскому языку, искренне и легко. Кроме чистого интеллектуального удовольствия, книга послужит практическим инструментом для профессионально пишущего или читающего человека, - писателя, переводчика, редактора, копирайтера. И стиль ваш, по Жюлю Ренару, станет «алмазным, без слюней». Рекомендую. Илья.